cycyron: (Default)
[personal profile] cycyron
Оригинал взят у [livejournal.com profile] sefeol в Беседа с Сергеем Глазьевым
Оригинал взят у [livejournal.com profile] pravosudovs в Беседа с Сергеем Глазьевым

glaziev[1]

На вопросы журнала «Газпром» отвечает советник Президента РФ по вопросам региональной экономической интеграции академик РАН Сергей Глазьев

– Сергей Юрьевич, в конце прошлого года руководство РФ приняло решение поддержать экономику Украины путем выдачи крупного кредита и снижения цены на газ. Ваша оценка экономического эффекта этих мер для экономики Украины?
– Эффект, без преувеличения, огромный – уже хотя бы потому, что без такой помощи Украина оказалась бы в состоянии дефолта. Банкротство государства неизбежно затронуло бы всю финансово-экономическую систему, как это произошло в России в 1998 году, когда рухнули системообразующие банки, многие люди потеряли свои сбережения, а страна лишилась возможности привлекать кредиты, подскочила инфляция и так далее. Украину ожидало схожее, а возможно, и худшее развитие событий. Иными словами, первый очевидный плюс – Украине удалось избежать катастрофы.
Второй положительный момент связан с тем, что возникшая благодаря решению о предоставлении кредита стабилизационная пауза дает возможность нашему соседу нормализовать ситуацию с платежным балансом, реализуя эту задачу в увязке со снижением цен на газ. Дело в том, что огромный дефицит торгового баланса Украины, где-то порядка 9–10 млрд долларов, формируется в решающей степени за счет импорта российских энергоносителей, а теперь появляется возможность сократить отрицательное сальдо и выйти на более сбалансированные финансово-экономические показатели. В свою очередь, это снимает риски девальвации гривны и способствует повышению инвестиционной привлекательности, что дает в перспективе шансы на возобновление роста украинской экономики.




Газовый вопрос
– Можно ли в связи с этим говорить о том, что газ является основным камнем преткновения в отношениях Украины с Россией, как это зачастую преподносится?
– Вы правильно сказали – «преподносится». На мой взгляд, такая точка зрения возникает из-за чрезмерного внимания журналистов к газовой тематике. Например, АЭС производят для Украины больше электроэнергии, чем тепловые электростанции, работающие на газе, но тема поставок из России сырья для атомных электростанций в СМИ практически не поднимается. Понятно, что это сложная материя, связанная с большей степенью секретности, в то время как трудности, возникающие вокруг подписания или исполнения газовых контрактов, периодически выносят на публику и становятся поводом для скандальных публикаций. Кроме того, эта тема тесно увязана с транзитом в Европу, соответственно, к обсуждению подключается и европейская пресса. Добавим к этому, что проблема газа затрагивает на Украине почти каждое домохозяйство, то есть это вопрос очень чувствительный. Отсюда в украинском обществе возникают панические настроения, и тема начинает выглядеть главной в российско-украинских отношениях, хотя, на мой взгляд, значение газового вопроса для наших взаимоотношений сильно преувеличено.
– В таком случае, если говорить в целом о российско-украинских экономических отношениях: на ваш взгляд, насколько полно используется их потенциал и в каких отраслях существуют возможности для их развития?
– Начну с общей оценки. По нашим расчетам, если бы Украина вернулась в евразийское экономическое пространство с Россией, Белоруссией и Казахстаном и были бы сняты таможенные барьеры, то один только этот шаг позволил бы поднять совокупный валовой продукт Украине к 2030 году на 15%, что в денежном выражении составляет 120 млрд долларов. Плюс к этому – приток дополнительных российских инвестиций (хотя наша страна и сейчас является крупнейшим инвестором на Украине). Еще один плюс – выравнивание цен на газ с российскими, как это имеет место в Белоруссии, что подняло бы конкурентоспособность украинской продукции при меньших издержках на оплату энергоносителей и поддержало бы уровень жизни. Напомню, что уровень реальных доходов населения Украины почти втрое ниже, чем у россиян, а ясно, что для любого домохозяйства цена на коммунальные услуги – это очень существенная часть бюджета.
Теперь, если говорить по отраслям, то здесь ситуация различается. Более всего на Украине страдает машиностроение, поскольку оно целиком завязано на Россию с точки зрения комплектации и сбыта продукции. Здесь загрузка мощностей по многим направлениям составляет не более 10–15%. То есть объемы производства в ракетно-космической сфере или авиационной промышленности можно было бы поднять в разы. Вообще всё, что касается высокотехнологических отраслей, используется на Украине слабо, и единственный шанс изменить ситуацию – это развитие кооперации с участниками Таможенного союза. Никакой альтернативы этому на Западе нет.

Внешнее вмешательство
– В чем тогда причина, что на Украине достаточно сильны прозападные настроения, особенно в элите – с фундаментальным расколом общества, условно говоря, на восточную и западную части или с чем-то еще?
– У нынешней ситуации на Украине много факторов, но из них я бы выделил те, которые обычно замалчивают. Это колоссальное внешнее влияние на состояние украинского общественного сознания. Влияние со стороны США, их партнеров по НАТО, которые в течение 20 лет только по официальным каналам Госдепартамента потратили 5 млрд долларов (эту цифру озвучила заместитель госсекретаря США Виктория Нуланд), выделяемых в виде грантов на выращивание экспертного интеллектуального сообщества, ориентированного против РФ и нацеленного на формирование русофобских настроений в украинском обществе. Я с этим столкнулся лично, и мне пришлось разбираться, как эта система работает. Гранты по 5–10 тыс. долларов раздаются через тысячи НКО молодым людям, студентам и молодым специалистам, которые затем отчитываются за эти гранты через публикации, выступления в прессе и дискуссиях. Главный критерий – все они должны быть настроены против РФ. Эту цифру нужно увеличить раза в три с учетом грантов ЕС, других стран НАТО плюс неофициальных грантов по линии спецслужб, которые нигде не фиксировались. Сейчас при резком обострении политической ситуации в Киеве о влиянии американцев можно судить по количеству долларов нового образца, которые можно видеть в обменниках Киева, в то время как в Москве долларов нового образца нет. Киев переполнен ими. Депутаты Верховной рады уже официально предъявили обвинения, сделали запрос в Генпрокуратуру в связи с тем, что американская миссия там получает загадочные сейфы, которые возят инкассаторские машины с самолетов. Эти сейфы идут по дипломатической линии и не подлежат досмотру.
Так что фактор внешнего вмешательства – это сегодня фактор №1, который необходимо учитывать. Мы имеем дело не с бандеровцами, которые вдруг вылезли из лесов, а с целенаправленной системной работой информационно-пропагандистской машины, сокрушившей уже не одно государство в мире, и которая сегодня создала взрывоопасную ситуацию на Украине.
– Почему же Россия не ведет активную контрпропагандистскую работу на Украине?
– Мне кажется, что это связано как раз с недооценкой фактора внешнего влияния и с недооценкой его масштаба. Потому что с точки зрения здравого смысла действительно возникает вопрос – для чего американцам тратить такие средства на пропаганду русофобии. Но если вы почитаете, допустим, книги Бжезинского, то смысл таких действий проясняется. Человек страдает крайней формой русофобии, и, на мой взгляд, ему место в больнице Кащенко, но в 1990-е годы его принимали чуть ли не в Кремле. Идеи, изложенные в его книгах, играют далеко не последнюю роль в определении внешнеполитических приоритетов США и являются образом мысли многих американских чиновников. Достаточно вспомнить недавнее выступление госпожи Нуланд на Майдане. Какая ненависть к России, какой напор, какой шантаж в отношении украинских должностных лиц и крупных бизнесменов, которых она грозилась подвергнуть санкциям и чуть ли не лишить имущества.
Причем это ярая пропаганда сопровождается сознательными искажениями, а порой просто непониманием сути событий. Недавно в Ялте я дискутировал с американскими политиками и был поражен тем, насколько извращенными и одновременно примитивными выглядели их высказывания об Украине, включая и присутствовавшую там Хиллари Клинтон. Она, во-первых, объявила, что Таможенный союз является восстановлением СССР, поэтому Украине ни в коем случае нельзя в нем участвовать, что уже является чепухой, поскольку этот ТС создан по совершенно иным принципам. Далее, она заявила вообще нечто невероятное, что конкурентными преимуществами Украины являются сланцевый газ и шоколад. То есть человек вообще не понял, в какую он страну приехал и что в ней производят.
Вот с таким уровнем мышления и понимания люди тратят миллиарды долларов, чтобы вбить клин между нашими странами и народами. Мы недооценили напор и натиск, недооценили американскую геополитику, смысл которой на постсоветском пространстве традиционно британский, образца 200-летней давности, – «разделяй и властвуй». Но делается это уже при несравненно более высоком уровне информационных технологий.
– Можно ли сейчас спрогнозировать дальнейшее развитие ситуации на Украине? В какую сторону качнется маятник?
– Это будет зависеть от президента Украины. Он сейчас находится в обстановке ползучего переворота, и поскольку он является гарантом Конституции, безопасности и целостности Украины, то у президента нет выбора. Либо он защищает украинскую государственность и подавляет мятеж, спровоцированный и финансируемый внешними силами, либо он рискует потерять власть, и тогда Украину ждет нарастающий хаос и внутренний конфликт, из которого не видно выхода.

Перспективы США
– У меня еще один вопрос к вам как к известному экономисту. Имеется ли шанс в ходе преодоления затянувшегося мирового финансового кризиса изменить господствовавшую два десятилетия либеральную модель спекулятивного «бумажного» капитализма в пользу более эффективной и справедливой модели устройства мировой экономики.
– Всё зависит от действий стран, которые на сегодня являются главными донорами мировой финансовой системы доллара. Это прежде всего Китай, Япония, Россия, Индия, Южная Корея, арабские государства. За счет них Соединенные Штаты финансируют свой дефицит торгового баланса, свою военную мощь, свои политические интервенции за рубежом, в том числе и на Украине. Кроме того, сложившийся международный финансовый порядок несправедлив – он основан на неэквивалентном внешнеэкономическом обмене, в котором РФ ежегодно теряет только на разнице в процентных ставках 35–40 млрд долларов. В целом же Россия недополучает порядка 100 млрд долларов в год. Схожие потери несут и Китай, и другие участники БРИКС.
Какое-то время такое положение вещей можно было терпеть как некую плату за стабильность финансово-экономических отношений, но мы видим, что по мере нарастания внутренних трудностей в США, по мере роста их госдолга нарастает и их агрессивность, они становятся всё более опасными. В такой ситуации достаточно странам-донорам договориться, как ситуация изменится кардинально. Проблема, однако, в том, что никто не хочет нарастания кризиса, поэтому пока превалирует ожидание того, что, может, удастся договориться в рамках G20 о новой мировой финансовой архитектуре. Но проходит одно заседание «большой двадцатки» за другим, обсуждаются второстепенные, хотя и важные проблемы, а ключевой вопрос, ради которого G20 изначально собиралось, – устранить причины глобального финансового кризиса – табуирован и вынесен за пределы обсуждения, поскольку американцы принципиально не хотят говорить на эту тему.
Соответственно, если не удастся переубедить США, то мы встаем перед дилеммой: либо это сделать без американцев, тогда их страна погрузится в чудовищный экономический кризис и риски этого кризиса очень велики для всех участников мировой финансовой системы, либо мы и дальше вынуждены будем платить всё больше и больше денег. Пока цены на нефть высокие, мы можем себе это позволить, но в случае снижения цен на углеводороды, когда не будет таких финансовых возможностей, поддержка невыгодного нам мирового финансово-экономического порядка ляжет на нас тяжким бременем. Значит, нужно как можно быстрее менять данную систему, стараясь это сделать наиболее бесконфликтным способом.
Беседу вел Николай Хренков

Текст будет опубликован в №1-2 корпоративного журнала "Газпром"

Еще одно интервью Глазьева.


February 2014

M T W T F S S
      1 2
3 4 5 67 8 9
10111213141516
17181920212223
2425262728  

Ссылки

Краткое Содержание Страницы

Page generated 24 Jul 2017 06:30

Разверните Вырезать Теги

No cut tags